Современные космогонические гипотезы

Космогонические гипотезы имеют целью объяснить однообразие движения и состава небесных тел. Они исходят из понятия о первоначальном состоянии материи, заполняющей все пространство, которой присущи известные свойства, вызывающие все дальнейшие эволюции.

В 1919 г. английский астрофизик Дж. Джинс выдвинул гипотезу, согласно которой все объекты солнечной системы образовались из вещества Солнца, которое было вырвано из него в результате близкого прохождения рядом ним какой-то звезды. Вырванное вещество изначально двигалось по очень вытянутой траектории, но, со временем, в результате сопротивления среды, состоявшей из мелких капелек того же солнечного вещества, орбиты крупных сгустков стали почти круговыми. Исходя из этой гипотезы следовало, что образование планетных систем вокруг звезд является чрезвычайно редким событием, поскольку большинство звезд в галактике не испытывают таких сближений ни разу за все время своего существования.

С физической точки зрения гипотеза Джинса оказалась несостоятельной. Экспериментальные данные показывают, что удельный момент количества движения, заключенный в Солнце на порядок меньше, чем таковой для планет.

Академик В.Г. Фесенков, являясь противником космогонической теории О. Ю. Шмидта, сам создал несколько гипотез образования Солнечной системы, ни одна из которых не, однако, не была детально проработана. Так в одной из ранних гипотез Фесенков предполагал, что планеты образовались из газовых масс, отделившихся от Солнца при его вращении. Сделать такое предположение позволяло то, что в то время предполагалось, что все звезды рождаются горячими, но, со временем, сбрасывают часть своего вещества, уменьшают температуру.

К середине 50-х годов положение теории Шмидта о том, что планеты сформировались из холодной газо-пылевой среды, стало общепризнанным. На основе этого Фесенков предположил, что планеты образовались из холодного газо-пылевого облака, окружавшего то облако, из которого образовалось Солнце, уже обладающего избыточным запасом вращения. Истечение вещества в экваториальной плоскости образующегося Солнца увеличило плотность газо-пылевой среды в этой плоскости, что позволило образоваться зародышам планет, плотностью около 10-5 г/см3. Образование планет должно было начаться с периферии солнечной системы.

В 40-х гг. 20 в. Шмидт выдвинул ставшую общепринятой гипотезу об образовании Земли и других планет из холодных твердых тел – планетезималей. Суть: взрыв сверхновой звезды, спровоцировавший в газопылевом облаке возникновение неустойчивости и образование ударного ионизационного фронта. Затем газопылевое облако начало сжиматься и вращаться. Благодаря вращательному моменту газопылевое облако уплощается и приобретает тенденцию распадаться на фрагменты. Один из возможных вариантов эволюции протосолнечного диска сводится к возникновению в его центре протозвезды — будущего Солнца, а вокруг него — протопланетного диска, в котором зарождались сгустки вещества — будущие планеты. Процесс развития таких дисков наблюдается и в настоящее время и приводит к выводу о том, что образование протосолнца и протопланетного диска идет крайне быстро (в течение порядка 1 млн. лет) и таким образом, что почти вся масса сосредоточивается в Солнце, а момент количества движения — в протопланетном диске. Численное моделирование очень сложных процессов, происходящих в диске, свидетельствует, что температура в нем падала по мере удаления от молодого Солнца, но самые внешние части теряли газ за счет воздействия солнечного ветра и нагрева коротковолновым излучением звезды. В эволюционирующем протопланетном диске пылевые частички слипались в центральной плоскости диска, что также происходило очень быстро, менее чем за 1 млн. лет. Дальнейшая эволюция диска сопровождалась образованием сгущений, затем сначала мелких, а далее и более крупных тел — планетезималей, строительных «кирпичиков» будущих планет.

История геокриологии.

1-й этап. Первые правдивые сведения о наличии в Сибири и на севере Европы мерзлых пород, землепроходцы и путешественники получали от аборигенов, для которых это было обычным явлением. В научную литературу сведения о вечномерзлых породах стали проникать лишь с 16 столетия, когда усилились поиски северного морского пути из Европы в Китай и Индию.

В начале 18 в., в связи с развитием торгового капитала и общим подъемом научной деятельности в эпоху Петра I, все больше поступает сведений о существовании и распространении многолетнемерзлых пород на севере и Сибири, и о том, что в них находятся сохранившиеся кости и трупы крупных млекопитающих.

В середине 18 в. М.В. Ломоносовым, в его работе «Слово о рождении металлов от трясения Земли» было высказано, что существование многолетнемерзлых пород связано с двумя взаимно противоположными процессами – летним нагреванием и зимним охлаждением. Тем самым кладется начало учению о теплообмене между горными породами и окружающей средой как об основном факторе, определяющем тепловое состояние верхнего слоя литосферы.

Окончательное подтверждение широкого распространения вечной мерзлоты в Сибири, изложенное в трудах Татищева, Ломоносова и Бэра было получено благодаря неслыханному для того времени достижению практики.

2-й этап связан со строительством Сибирской железной дороги по трассе Забайкальской и Амурской областей и эксплуатацией ее западной части.

3-й этап, современный период развития геокриологии – советский. Первые сведения о мерзлых породах на территории CCCP появились в 19 веке, однако до Октябрьской революции 1917 г. они носили отрывочный характер. Организация систематических исследований зоны мерзлых горных пород связана с развитием производительных сил в Сибири и на Дальнем Востоке. Начало мерзлотоведению как науке положено в 20-х гг. на стыке геологической, географической, геофизической и инженерно-технической дисциплин. В 1925-1930 гг. геокриология отделилась от инженерной геологии. Необходимость постановки научных исследований в этом направлении вытекала из нужд строительства в зоне вечной мерзлоты, с каждым годом приобретавшего все больший размах.

Основоположником геокриологии по праву считается Сумгин. В 1927 г. он выпустил книгу «Вечная мерзлота почвы в пределах СССР», а в 1940 г. под его руководством был издан первый учебник по новой дисциплине — «Общее мерзлотоведение». В МГУ была открыта кафедра геокриологии (1953) и начата подготовка специалистов в этой области. Развитие геокриологии шло по 2-м направлениям: регионов изучение вечномерзлых пород и лабораторное изучение физико-химических свойств промерзающих и мерзлых пород. В 1954 г. Кудрявцев издал монографию «Температуры верхних горизонтов вечномерзлой толщи в пределах СССР», где впервые провел районирование вечной мерзлоты огромной территории на тектонической основе. В 50-60-х гг. 20 в. начались активные исследования механизмов геокриологических процессов, их энергетики, динамики.

С 1929 г. (когда была организована постоянная Комиссия по вечной мерзлоте) мерзлотные исследования координируются Академией Наук CCCP. В 1936 г. комиссия преобразована в Комитет по вечной мерзлоте, реорганизованный в 1939 г. в Институт мерзлотоведения Академии Наук CCCP (под руководством В.А. Обручева). Последний имел ряд научно-исследовательских мерзлотных станций (в Воркуте, Игарке, Якутске, Чульмане, Анадыре), часть из которых была преобразована затем в его филиалы.

В 40-х гг. проведены обобщающие работы по мерзлотоведению, расширившие его содержание и задачи. В 50-х гг. в практику научных исследований вошел термин «геокриология». Созданы основы инженерного мерзлотоведения (инженерная геокриология) с выводами прикладного значения для жилищного, дорожного и промышленного строительства, горнодобывающей промышленности и сельского хозяйства. В 60-х — начале 70-х гг. вышел в свет ряд монографий и карт, характеризующих различные проблемы общей и инженерной геокриологии.

В CCCP исследования по геокриологии координируются Научным советом по криологии Земли Академии Наук CCCP, организованным в 1970 г. Проводятся международные конференции по мерзлотоведению. За рубежом наиболее значительные исследования ведутся в США, Канаде, Норвегии. Издаются научные периодические сборники по различным вопросам геокриологии.

История гидрогеологии.

История создания учения о подземных водах берет свое начало с древнейших времен, когда начали зарождаться первые города и развиваться земледелие. Так в Египте, Китае, Индии и Средней Азии примерно 2-3 тысячи лет до нашей эры строились колодцы методом ручной копки на глубину в несколько десятков метров. Кроме того до нашего времени дошли сведения о первых применениях минеральных вод в качестве лечебных.

Примерно в первом тысячелетии до нашей эры известные ученые того времени Фалес, Аристотель в Древней Греции, Лукреций и Витрувий в Древнем Риме дали первые научные представления о подземных водах, включающие описание свойств, способов происхождения и накопления, циркуляции. С увеличением работ по водоснабжению деревень и городов развивалось учение о подземных водах, сегодня именуемое гидрогеологией. В России в период 12-17 вв. добывали соль путем выпаривания сильно минерализованных вод, которые получали в глубоких колодцах. В то же время на свет появились понятия напорных и ненапорных подземных вод. В 12 в. напорные воды в провинции Франции стали называться артезианскими.

Западноевропейские ученые Палисси, Стенон и Агрикола в эпоху Возрождения посвятили подземным водам научные работы. В работах описывается роль подземных вод и процессы с ними происходящие.

Тем временем в России. В сочинениях Ломоносова «О слоях земных» в 1973 г. описывается научный труд, посвященный представлению подземных вод как природных растворов, которые образуются методом инфильтрации атмосферных осадков. Гидрогеология в России до 19 века развивалась как часть геологии, а после середины 19 века выделяется в отдельное учение гидрогеология.

В 1856 г. Дарси в ходе экспериментов по изучению фильтрации воды установил закон движения подземных вод (закон фильтрации Дарси) и тем самым заложил теоретические основы исследований в области подземной гидродинамики. В своих работах Дарси попытался найти пути изучения истории подземных вод, исходя в основном из минерального состава эпигенетических образований, возникших в результате деятельности подземных вод.

Никитин в 80-е гг. 19 в. сделал первые широкие обобщения по региональной гидрогеологии Русской равнины, выявил закономерности распространения артезианских и грунтовых вод, провел первое гидрогеологическое районирование крупной территории и разработал методику гидрогеологической съемки. Мушкетов уделил много внимания вопросам происхождения подземных вод в своем учебнике «Физическая геология» (1888), где изложил теоретические основы гидрогеологии. Докучаев установил закономерные связи между климатом, характером почв, растительности и подземными водами, рассматривая последние как активный компонент ландшафта. Докучаев и Отоцкий выявляют закономерность распространения грунтовых вод, что позволяет составить гидрогеологическую карту с зонами Европейской части России.

Гидрогеология как фундаментальное направление геологической науки оформилась после выхода в свет трудов Вернадского, который высказал идею о единстве природных вод. В области гидрогеологии развитие шло по нескольким направлениям:

1) совершенствование представлений о динамике подземных вод, выразившееся в разработке методики прогнозирования их ресурсов и изменения режима при гидротехническом строительстве;

2) дальнейшая разработка и практическое приложение учения о зональности грунтовых вод, основы которого были заложены Докучаевым.

В 30-е гг. обозначилось еще одно важное направление — проблема вертикальной гидрохимической и гидродинамической зональности, ставшая предметом острой дискуссии. В 30-е и 40-е гг. на первый план выдвинулось изучение артезианских бассейнов. В 30-е гг. получила признание конденсационная теория Лебедева. В эти же годы сформировалось высказанное также в начале века представление о погребенных морских водах и водах, освобождающихся при вынимании их из осадков под массой вышележащих отложений. Уже в первые годы 20 в. Э. Зюсс выступил с предположением о существовании ювенильных вод, преимущественно термальных выделяющихся из глубоких недр Земли и впервые появляющихся на поверхности. Однако это предположение остается и по сей день недоказанным. В 1940 г. в Красном море было открыто явление разгрузки гидротерм, положившее начало развитию морской гидрогеологии. В 50-х гг. американский гидрогеолог Робинсон провел первые исследования по гидрогеологическому моделированию. В 1956 г. была создана Международная ассоциация гидрогеологов.

С развитием массовости производств, увеличения количества городов, гидрогеология становится как многогранной областью, т.е. появились учения и различные направления в гидрогеологии: гидрогеохимия; учение о минеральных, промышленных и термальных водах; учение о поисках и разведке подземных вод; мелиоративная гидрогеология; гидрогеология месторождений полезных ископаемых; региональная гидрогеология; динамика подземных вод; учение о режиме и балансе подземных вод.

История петрографии.

17 век. Агриколе принадлежало разделение минеральных тел на две главные группы: однородных тел, или минералов, и сложных минеральных тел, или горных пород. Тем самым именно с Агриколы начали различать собственно минералогию и петрографию. 18 в. — М.В. Ломоносов написал труды «О слоях земных», «О рождении металлов от трясения Земли». 1835 г. — Карл Линней сделал первую попытку систематики горных пород и составил генетическую классификацию пород в «Системе природы».

2 половине 19 в. отвечает новый этап развития наук о веществе земной коры. Резкая грань разделяет «домикроскопический» период исследования вещества, характеризующийся изучением его внешних признаков путем визуального наблюдения, и микроскопический период, когда для изучения горных пород и минералов начал применяться поляризационный микроскоп. В 1850 г. английский геолог Г. Сорби предложил методику изготовления прозрачных шлифов и изучения их с помощью поляризационного микроскопа. В 1870 г. немецкий петрограф Ф. Циркель опубликовал свою классическую работу о базальтах «Петрография». Последующие десятилетия стали периодом лавинного накопления огромного наблюдательного материала.

В 1873 г. появилась монография немецкого исследователя Г. Розенбуша «Микроскопическая физиография», где были рассмотрены оптические характеристики главных породообразующих минералов. В 1879 г. французские петрографы А. Мишель-Леви и Ф. Фуке опубликовали сводную работу по минералогии изверженных пород. В России петрографические исследования с помощью микроскопа широко внедряли А.А. Иностранцев, А.П. Карпинский, Ф.Ю. Левинсон-Лессинг; а Е.С. Федоров значительно усовершенствовал метод микроскопических исследований. В 1891 г. он изобрел «федоровский столик», который позволял устанавливать строго ориентированное положение минерала в шлифах. Благодаря этому устройству появился универсальный метод определения породообразующих минералов и кристаллов, что способствовало быстрому развитию минералогии и петрографии. Австрийский минералог и петрограф Ф. Бекке в 1903 г. разработал методику определения под микроскопом показателя преломления кристаллов и ввел в практику иммерсионный метод.

Микроскопическое исследование минералов и горных пород позволило по-новому рассматривать условия их образования. Новые классификации магматических пород с учетом условий их образования, структурных особенностей и минерального состава были предложены Г. Розенбушем и А. Мишель-Леви в конце 80-х гг. Постепенно увеличивалось количество оптических констант для определения минералов.

Параллельно с микроскопическим начало развиваться физико-химическое направление петрографии. Еще в 50-е гг. 19 в. французский минералог Ж. Дюроше и немецкий химик Р. Бунзен впервые высказали взгляд на магму как на раствор. Значительно позднее русские исследователи А.Е. Лагорио и Ф.Ю. Левинсон-Лессинг доказали, что все особенности процесса формирования магматических пород определяются законами кристаллизации растворов и только с этих позиций можно подобрать ключи к правильному пониманию механизма кристаллизации магмы. В 70-х гг. появились первые работы Дж. У. Гиббса об исследованиях термодинамических свойств вещества, заложившие основы геометрической термодинамик.

Первые экспериментальные работы в изучении физико-химических процессов природных систем были реализованы в начале 20 в. И. Фогт в 1903-1904 гг. впервые рассмотрел образование интрузивных пород с позиции эвтектической кристаллизации расплавов. В 1911-1913 гг. Ф. Бекке и В.М. Гольдшмидт сделали попытки физико-химической интерпретации условий образования метаморфических пород. К концу 19 — началу 20 в. дискуссия развернулась вокруг двух основных проблем: происходят ли магматические породы из одной базальтовой магмы или из нескольких родоначальных магм, и какой процесс является определяющим при кристаллизации магмы кристаллизационно-гравитационная дифференциация или ее ликвация еще в жидком состоянии.

Развитие микроскопической петрографии оказало решающее влияние на становление учения о метаморфизме. В 1822 г. французский геолог А. Буэ в очерках по геологии Шотландии применил термин «метаморфизм», характеризующий процесс преобразования горных пород под действием давления, температуры, газов и пара. К середине 19 в. благодаря работам французских исследователей Ж. Дюроше, Г. Добре и русского геолога П.С. Усова, сложилось представление о двух типах метаморфизма: контактовом, возникающем в области непосредственного влияния магмы на вмещающую раму ранее существовавших образований, и региональном, происходящем вне контактовых зон. Дальнейшим развитием учения о региональном метаморфизме явилось установление понятия о глубинном метаморфизме, развивающемся в процессе эволюции геосинклиналей, и динамометаморфизме. С помощью поляризационного микроскопа был установлен минеральный состав метаморфических пород, определены минеральные ассоциации различных типов, предложена классификация их структуры. Г. Розенбушу в 1877 г. удалось показать, что исходными материалами для однотипных метаморфических пород могут служить совершенно различные породы. Вскоре популярной стала концепция глубинных зон метаморфизма. Согласно этой концепции, основной причиной метаморфизма служит повышение температуры и давления при погружении горных пород на все большие глубины. В земной коре стали выделять глубинные зоны со своими величинами температуры и давления, в которых возникают характерные для них метаморфические минералы и породы.

В конце 19 в. стало также популярным учение о круговороте и цикличности образования горных пород, суть которого заключалась в превращениях: магма — изверженная порода — выветрелая порода — осадочная порода — слабометаморфизованная порода — глубоко-метаморфизованные сланцы — анатектические мигматиты — магма. Однако опубликованные в первой четверти 20 в. работы Ф. Бекке и П. Ниггли показали, что концепция глубинных зон метаморфизма и круговорота пород не в состоянии объяснить многие геологические факты.

В 1952-1957 гг. отечественный петролог Д.С. Коржинский разработал вопросы термодинамики метаморфических систем и показал, что условия равновесия минералов при метаморфизме зависят от температуры, давления и химических потенциалов летучих компонентов. Он разработал теорию метасоматической зональности (метасоматизм при постоянном объеме вещества) и ввел особые термодинамические показатели, которые определяют достижение равновесия в метасоматических системах.

История геотектоники.

Геотектоника (термин предложен немецким геологом К. Науманном в 1860 г.) — сравнительно молодая наука, поскольку обособилась в самостоятельную научную и учебную дисциплину в 30-е годы 20 в., являясь до этого лишь разделом динамической геологии.

Первый этап (2-я половина 17 в. – 1-я половина 18 в.). В 1669 г. Н. Стенон сформулировал положения, закладывающие основы тектоники: 1) осадочные породы первоначально накапливаются горизонтальными слоями; их наклонное или изогнутое залегание является результатом последующих нарушений; 2) если на наклонном слое залегает слой горизонтальный (или более слабо наклоненный), это значит, что наклон первого слоя произошел до отложения второго; 3) горы не представляют постоянной величины. Причину тектонических нарушений Стенон усматривал в оседании и обрушении пластов над подземными пустотами, т. е. был нептунистом.

Крупнейшие естествоиспытатели 17 в. Декарт и Лейбниц предполагали, что Земля первоначально была расплавленной, а затем стала остывать и покрылась твердой корой. Сгущение паров окутывавших расплавленную Землю создало Мировой океан, а уход вод в подземные пустоты, сохранившиеся под корой, привел к образованию суши, включая горы. Также высказывались идеи об их связи с землетрясениями и с деятельностью вулканов.

Второй этап (2-я половина 18 в. – 1-я половина 19 в.). Нептунист Вернер рассматривал наклонное залегание пластов либо как первичное, либо как связанное с провалом в подземные пустоты. Несмотря на эти серьезные заблуждения, некоторые нептунисты правильно подметили зональное строение горных сооружений с залеганием гранитов в осевой части и наклоном осадочных толщ в обе стороны от оси, постепенно уменьшающимся к периферии.

Совершенно иные взгляды были высказаны Ломоносовым и затем шотландцем Дж. Хаттоном. Ломоносов признавал ведущую роль в образовании гор за эндогенными процессами («подземный жар»). Дж. Хаттон уже связывает с проявлениями «подземного жара» вулканическую деятельность и магматизм вообще, считая главным типом движений земной коры вертикальные движения. Взгляды Ломоносова и Хаттона получили дальнейшее развитие в работах немецких ученых Гумбольдта и Буха и оформились в виде первой научной тектонической гипотезы — гипотезы поднятия, которая в первой четверти 19 в. вытеснила нептунистические взгляды Вернера и его последователей. С развитием геологического картирования на основе биостратиграфии во второй четверти 19 в. появляется систематика складчатых нарушений. Складко- и горообразование, а также тесно связанный с ними по гипотезе поднятия вулканизм считаются происходящими повсеместно одновременно в виде катастроф всемирного значения. Эти катастрофистские воззрения были постепенно преодолены с появлением труда Ч. Лайеля «Основы геологии» (1830).

Третий этап (вторая половина 19 в). Этот этап знаменуется отказом от гипотезы поднятия и заменой ее гипотезой контракции (Эли де Бомон), основывавшейся на космогонической гипотезе Канта-Лапласа, т. е. на представлении об охлаждении земного шара. Гипотеза контракции лучше объясняла происхождение складчатых горных систем, особенно после того, как было выяснено, что они рождаются в пределах особых зон, названных геосинклиналями. Учение о геосинклиналях зародилось в Америке, но затем получило распространение и в Европе.

Французский геолог Э. Ог (1900) противопоставил геосинклиналям устойчивые континентальные площади, затем получившие название платформ или кратонов. Но решающий вклад в развитие учения о платформах был внесен русскими геологами, начиная с Карпинского и Павлова. К этому же этапу относится возникновение учения об изостазии. Естественным завершением данного этапа явилось создание австрийским ученым Э. Зюссом фундаментального труда «Лик Земли», в котором впервые, причем на основе гипотезы контракции, было дано описание тектонического строения всей поверхности земного шара. В эти же годы французский геолог Бертран выделил 4 эпохи горообразования — гуронская (докембрийская), каледонская, герцинская и альпийская.

Четвертый этап (первая половина 20 в.). Рубеж 19 и 20 вв. отмечен в геотектонике кризисом контракционной гипотезы, подорванной в своих астрономических (замена «горячей» космогонии Канта-Лапласа «холодной»), физических (открытие естественной радиоактивности с выводом о разогреве Земли) и геологических (открытие шарьяжей, требовавших очень значительного сокращения объема Земли за короткий срок) основах. Вместо контракционной гипотезы в начале века был выдвинут ряд других — подкоровых течений, пульсирующей (Обручев) и даже расширяющейся Земли. Наиболее радикально отличной от всех этих гипотез явилась гипотеза перемещения материков (Вегенер), положившая начало новому направлению в геотектонике — мобилизму, допускающему крупные горизонтальные перемещения континентальных масс, в противоположность фиксизму, принимающему их фиксированное положение относительно подстилающей мантии. Но наибольший успех в 30-50-е гг. 20 в. выпал на долю концепции, возродивших представления сторонников гипотезы поднятия о ведущем значении вертикальных движений в развитии земной коры и связавших эти движения с подъемом магмы, являющейся продуктом глубинной дифференциации вещества мантии под влиянием разогрева радиогенным теплом (Белоусов).

Пятый этап (с 60-х гг. 20 в.). К середине 50-х гг. благодаря успехам научно-технической революции на вооружение геологов, геофизиков и геохимиков поступили новые приборы, расширившие возможности познания строения и развития земной коры и тектоносферы в целом. Началось интенсивное изучение ложа океанов, приведшее к установлению коренных отличий океанской коры от континентальной, к открытию мировой системы срединноокеанских хребтов, к обнаружению увеличения мощности осадков от хребтов к периферии океанов и др. Геофизики подтвердили существование в верхней мантии ослабленного слоя — астеносферы, открыли явление остаточной намагниченности горных пород (палеомагнетизм), периодической инверсии магнитного поля Земли, линейные магнитные аномалии в океанах. Все эти и другие открытия показали недостаточность фиксистских концепций тектогенеза, особенно в части происхождения океанов, и обусловили неожиданный возврат к мобилизму в новой форме, получившей название тектоники литосферных плит.

К этому же этапу относятся такие важные достижения, как успехи в радиометрическом датировании горных пород, позволившие распространить историческую геотектонику на докембрий и выявить общие тенденции в развитии земной коры и литосферы; все более широкое применение результатов съемок поверхности Земли из космоса, не только указавших на большую роль в строении земной коры кольцевых структур разного масштаба и линеаментов, но подтвердивших также реальность взаимных горизонтальных перемещений литосферных плит и уточнивших рельеф и структуру ложа океанов; огромный прогресс сейсмических методов с применением сейсмической стратиграфии для освещения строения осадочного чехла континентов и океанов, сейсмики отраженных волн для выявления тонкой структуры коры складчато-покровных горных сооружений и фундамента платформ, глубинного сейсмического зондирования для определения строения земной коры и верхов мантии, сейсмической томографии для «просвечивания» мантийных глубин планеты вплоть до ее ядра. Не менее важны результаты глубоководного океанского и сверхглубинного континентального бурения и успехи геохимии изотопов, а также редких и рассеянных элементов, существенно способствующих решению ряда задач геодинамики и геотектоники.

Тектоника плит, определяя геодинамику земной коры и верхней мантии, полностью сохраняет свое значение, но должна рассматриваться как часть более общей глобальной геодинамической концепции, находящейся пока в стадии становления.

Случайные записи:

Новая гипотеза происхождения Вселенной достаточно сумасшедшая для того, чтобы оказаться правильной!


Похожие статьи:

  • История становления сейсморазведки, современное состояние

    Сейсморазведка – геофизический метод, появившийся еще в 19 в., и начавший играть большую роль в изучении глубоких недр Земли. 18 апреля 1889 г. в…

  • Построение гипотезы (версии)

    Построение версии в судебном исследовании, как и любой гипотезы, складывается из трех последовательных этапов. Первый этап — анализ отдельных фактов и…

  • Гипотеза и теория

    Говоря о гипотезе, следует четко отличать ее от обычного, рядового предположения, потому что всякая гипотеза, конечно же, есть предположение, но не…

Добавьте постоянную ссылку в закладки. Вы можете следить за комментариями через RSS-ленту этой статьи.
Комментарии и трекбеки сейчас закрыты.